Социология эволюционизма

Опытом мы называем страх повторить прошлое. Красивая фраза, конечно: не совсем правда; метафора. Но мы сейчас о другом опыте: который ставят ученые, чтоб выяснить истину. Его поставили, а сами легли.

Итак. Наука. Фонд, грант, деньги, мартышки, бананы, лаборанты. Журнал записей.

Обезьянья стая быстро разобралась по рангам. Вожак, перворанговые, второранговые, опущенные, самки альфа-бета, детвора. Кормятся, возятся, играют.

И вот им ставят на территорию хитрую клетку-кормушку с чудными спелыми бананами. Запор им непонятен. Открыть не получается, сквозь прутья не достать: слюнки текут, обезьяны раздражаются.

Тогда изымают из общества самого забитого обезьяна. И вдали от всех учат его открывать такой запор. Показывают, повторяют. И он радостно в своем лабораторном закутке таскает из такой кормушки бананы и жрет всласть.

Его возвращают ко всем. И смотрят внимательно.

Он скачет к кормушке, манипулирует с запором — и достает банан! Вся стая, давно убедившаяся, что запор не открывается, — обращает на него внимание. Он — достает второй! Стая собирается кругом. Вожак дает ему затрещину — и отбирает банан: жрет сам!

Наш обученный — достает третий банан! Второй по рангу после вожака самец дает ему пару плюх и отбирает банан.

Ученые смотрят и ждут. Обезьяны отлично обучаются методом подражания… Не обучаются, дуры хвостатые! Бьют ученого товарища и отбирают бананы, когда он их достает. Причем — никакой благодарности, никакого повышения в иерархии. Он им — бананы, они ему — по морде. Глупые, жестокие и несправедливые…

Ум проявляют ученые. Теперь они отсаживают вожака и учат открывать запор его. И, овладевшего передовой технологией, выпускают обратно к стае.

Вожак важно проходит к кормушке и достает банан. Все собираются кругом и смотрят, как вожак жрет банан. Затем второй. Затем самец поздоровее, убедившись, что вожак не гонит его от кормушки, пытается повторить манипуляции с замком. Не получается. Все расходятся. Через некоторое время ситуация повторяется. Второй самец настойчив, крутит запор. И с третьей попытки — открывает! И тащит банан! Все смотрят — завороженно!..

Через энное время и число повторений вся стая, начиная от верха в иерархии и далее спускаясь до социального низа, овладевает передовой технологией доставания бананов. На нашего первооткрывателя никто не обращает внимания. Учатся у вожака, затем — у вышестоящих. Слабака бьют и отбирают добычу. Слабак может, наконец, есть свой честно достанный банан не раньше, чем все, кто главнее, научатся тоже его доставать.

За такой опыт надо дать Нобелевскую премию по социологии, в виде исключения. Причем — не этологии, ибо не в животных тут главный для нас интерес.

Осмысление этого поучительного поведения приводит к выводам важнейшим и обширным.

  1. Поведение в социуме матрицируется сверху вниз. Никогда не снизу вверх. Правители всех мастей могут впаривать народу что угодно — но только личным примером правитель может научить-заставить-побудить народ поступать так, как надо. Образ жизни и действий правителя — народу является как образец для подражания и цель стремлений. (В развитом социуме образ может замещаться политтехнологическим имиджем — но чтоб ему верили, как правде!)
  2. Кто есть лидер социума? Особь, в которой главные необходимые качества выражены в максимальной степени и оптимальной пропорции: сила, храбрость, ум, агрессивность. Лидер есть идеал обезьяны, пардон, человека. Поведение лидера есть идеал поведения. И каждый как может тянется, чтоб приблизиться к этому идеалу. Вести себя как лидер — означает: я знаю, как подобает вести себя значительному мэну, и я веду себя как значительный, я и есть значительный, — уважайте меня, отдавайтесь мне, подчиняйтесь мне тоже. Поведение «под лидера» — о… это статус, и это инстинкт, и это скрепление социума, и это передача своих генов, и это шанс правильный в выживании… это подробней развернуть надо.
  3. В природе имеет место пг'еинтег'еснейшая вещь. Я начальник — ты дурак, ты начальник — я дурак. Ржать не надо. Это очень даже серьезно.

а) Социум должен быть структурирован, скоординирован, организован. Толпа должна быть системой. Лидер есть власть, власть есть системообразующий фактор. Для выживания социума в межгрупповой борьбе — необходима согласованность действий — и предпочтительней исполнять нелучший приказ, нежели вообще не исполнять приказов лидера и шарахаться в стороны то за одним, то за другим, по собственному самостоятельному разумению.

б) Угрозой и силой лидер добивается исполнения своих приказов, подчинение ему есть залог собственной безопасности.

в) Под главенством лидера социум более-менее выжил и выживает, что есть главнейший критерий истинности и благотворности его действий.

г) Внимание! Что конкретно есть ум — в нашем случае? Ум есть способность добиваться нужного результата. Именно! Ибо важнейшая функция ума для жизни первобытного социума есть функция инструментальная: ум как инструмент — которым надо действовать, чтобы выжить. Не аналитическая, не абстрактная, не рефлективная, и вообще плевать какая, а главное — оценка по результату: раз выжили благодаря его уму — значит, это ум что надо! тот самый. Так что, гм, лидер успешной стаи всегда прав!

д) Инструментальный ум — это не огромная память, или огромная аналитическая способность, или огромная изобретательность. Инструментальный ум — это способность из всех способов действия и всех средств для того — избирать такую совокупность средств и способов действий, которая приведет к желаемому результату. Сюда относятся: хорошее зрение, слух, обоняние; знание местности; опыт в ситуациях данного рода; способность подчинять себе стаю и заставлять всех выполнять свои приказы; умение соотнести силы с поставленной задачей и умение мобилизовать все силы; храбрость, самоотверженность, жестокость, — готовность умереть в бою за свой род и уничтожить врага до полного искоренения.

е) Ум не должен быть большой. Ум должен быть правильный. Ум лидера — это составная часть его значимости, первосортности, правильности. Ум лидера — это способность принимать адекватные решения в критических ситуациях — и проводить эти решения в жизнь!

ж) Разум — это психическое оформление избыточной энергетики человека. (Что повторяли мы неоднократно). Чем ниже уровень наработанной и передаваемой социумом культуры — тем непосредственнее и прямее разум особи прямо зависит от уровня ее энергетики. Чем ниже, проще, примитивнее, беднее культура, — тем более прямой зависимостью связан разум с физической силой, возбудимостью, агрессивностью, жизненной мощью индивидуума в прямом смысле слова. (Если культура богата и высока, то социум структурирован сложно, и есть масса косвенных связей между умом — и воплощением решения в действие: институты, техника и т. д. Можно сказать: культурный ум — это сообразительность в уз ком, профессиональном, часто абстрактном и не имеющем прямого отношения к жизни секторе; культурный ум может быть совершенно непрактичен или даже анти-практичен; это клетка коллективного ума социума, не обладающая полной умственной автономией. Культурный ум специализирован и действует в конкретном направлении через усиливающие цепи законов, договоров, денег, правительств и т. п. Но в первобытном обществе —) — примитивно-первобытный ум универсален и обусловлен способностью центральной нервной системы к мощным общим возбуждениям, и высоким уровнем обмена веществ. То есть. То же, что делает сильными мышцы и агрессивным характер — то же делает активным и ум. Это у первобытного человека — даже не родственные явления одного уровня, — это аспекты одного и того же явления. Сильный, властный и умный, — у первобытного человека сочетается, как грани одной личности, где одно невозможно без другого. (Мы говорим о гармоничном и пропорциональном развитии органов и функций у особей на биологическом уровне существования, где культурная составляющая жизни социума очень низка, малозаметна.)

з) Вот и получилось «похвальное слово начальственному уму». Сам факт лидерства означает наличие ума.

  1. А теперь смотрите. Отобрать банан у слабого проще, чем научиться доставать самому. Слабый становится слугой для доставания банана. Природа блюдет свой любимый закон: достигать максимальных усилий с минимальными результатами. Низ социума обречен таскать бананы для верха социума, если это выгодно верху.
  2. Твой ум и умения не повысят твой социальный статус, если у тебя нет силы защитить его. Ты можешь придумать и сделать что угодно, но без силы и права отстоять себя — ты будешь ограблен и останешься внизу.
  3. Если твой социальный статус низок — то тебе не полагаются блага, равные или выше чем у тех, кто превосходит тебя по статусу. Это их унижает! Они отберут у тебя твои блага и опустят тебя на твое место — чтоб в плане обладания благами ты тоже был ниже их.
  4. Если ты приносишь людям, пардон, обезьянам, пользу — не жди благодарности. То, что ты приносишь — отберут и попользуются. Раз можно отобрать — отберут. Внимание:
  5. Конкретная польза вторична — социальное положение первично. Конкретная польза — преходяща, непринципиальна, не решающа, сомнительна даже может быть в конце концов. А социальное устройство — это жизненно необходимо, первично, основополагающе, обязательно для соблюдения. Поэтому нельзя допустить, чтобы особь низкого положения пользовалась тем, что подобает высокому.
  6. Нельзя подражать тому, кто ниже тебя! Это страшная дилемма: банана хочется — но во всем остальном он ниже, а жизнь ведь наша сложная и многообразная, не в банане едином счастье! Подражание нижестоящим — противоестественно. Это социально невозможно. Это противоречит объективным законам складывания и существования социума. Пария — он слабый, пассивный, глупый, малопотентный, и подражая частности в нем — ты тем самым как бы подражаешь целому в нем. А это невозможно, антипрогрессивно, антивыживательно, антижелательно, антистатусно: это вредно и природой запрещено!
  7. Дилемма между статусом и разовой пользой решается всегда просто: свой статус сохранить, обладателя чего-то полезного оставить на месте, а пользу отобрать себе, присвоить, приспособить.
  8. Это значит, что. В каких бы слоях социума не изобреталось и не совершалось что-то полезное, оно присваивается социальными верхами и работает на их пользу и по их усмотрению.
  9. Такое распределение продуктов, благ и изобретений — социально полезно! Ибо когда все блага и возможности распределяются сверху вниз — то каждый получает по своей силе, живучести, потентности. Что повышает шансы передавать лучшие гены — но и худшим оставляет шанс (мутации, катастрофы, расширение территории, да мало ли на какой случай пригодятся и слабые, пусть живут, — но, конечно, не так хорошо, как сильные). Такое распределение благ — по-прежнему и еще больше стимулирует каждого повышать свой социальный статус — для этого делая все возможное, напрягая силы и подражая во всем лидерам. Распределение благ сверху — это насаждение их, мультиплицирование, тиражирование в слоях пирамиды.
  10. При конфликте социального инстинкта и инстинкта адаптации — часто предпочитается социальный инстинкт!!! Здесь необходимо уточнение. Инстинкт адаптации — это сбор и оценка информации об окружающей среде с целью адекватной реакции организма для приспособления к условиям среды: органами чувств и остальными, сознанием не контролируется. Разведка, познание, анализ, обучение, — это все необходимая часть адаптационного инстинкта, приспособительного реагирования. А социальный инстинкт — это стремление к такому поведению, при котором ты есть часть, возможно более значимая, общего структурированного социума. — И вот ты не желаешь замечать, думать и понимать и учиться, как достать желаемый тебе банан — если это связано с действием, понижающим твой социальный статус, т. е. противоречащим социальному инстинкту. Соблюдение социального статуса и незыблемой, благой, необходимой структуры социума — важнее даже адаптационного инстинкта!!!
  11. Социальная форма адаптации, сложная, косвенная, — инстинктивно почитается особью важнее, чем индивидуальный инстинкт адаптации!!! То есть. Человек может отказываться от явно верного и хорошего дела — ради того, чтоб сохранить социальную структуру. Отказ от познания и обучения выглядит противоестественно — а следование социальным правилам выглядит бессмысленно: если только не отрешиться от частностей и не рассмотреть дилемму на системном уровне.
  12. Тогда понятны другие опыты: насчет конформизма. Девять предупрежденных испытуемых называют более короткий отрезок линии из двух — более длинным. И десятый, честный подопытный, перестает верить собственным глазам, сомневается, и в восьмидесяти процентах случаев соглашается со всеми: длинный называет коротким, а короткий — длинным. Он не ослеп. И он не просто верит другим больше, чем собственным глазам. Глубинный и исконный социальный инстинкт повелевает ему придерживаться тех же взглядов на реальность, что и вся группа. Он — человек социальный, он живет в системе, есть часть системы, и действует согласованно с системой: это его социальная сущность.
  13. Поэтому бьют пророков. Пророк — это человек, чье мнение раскалывает согласованность социума. Он противоречит мнению лидера. Он нарушает социальную иерархию. Он не по чину выступает. Его обычно не очень и слушают. Его мнение отрицают раньше, чем пытаются понять. Низкопоставленный иной — означает неправильный. Неправильный, настаивающий на своем мнении — это уже враждебный. Ненависть народа к пророкам и неприятие народом пророка при жизни — носит ни в коем случае не интеллектуальный, но социальный характер. Если бы то, что пророк, говорил бы правитель — было бы совсем другое дело!
  14. Поэтому в донаучном, дорыночном, додемократическом обществе глумились над изобретателями. Они нарушали порядок представлений. Они много на себя брали, сами будучи никем. Их умность не соответствовала их чину. Отнестись к ним серьезно — означало уронить свой статус, признать умнее себя этого плебея. Изобретателю оставалось ползти к богачу или высокому чиновнику за поддержкой, и не только финансовой, — за властной, социальной, высокой поддержкой. А масса в гробу видала их пользу.
  15. Всю жизнь я повторяю себе Вильяма Блейка: «Истину невозможно сказать так, чтобы ее поняли, — надо сказать ее так, чтобы поверили».
  16. Конформизм. Пренебрежение нижестоящими. Глухота и слепота даже к собственной пользе, если она исходит от тех, кого презираешь. Подражание вышестоящим. Стремление вверх и нежелание опускаться вниз. Все это имманентные свойства социума. Он так устроен. Его недостатки — продолжения его достоинств.
  17. Вышестоящий наделяется даже теми достоинствами, которых у него нет. Вышестоящесть — для толпы уже основание видеть в нем всякое разное хорошее. Правда, здесь есть оговорка: вышестоящесть должна обладать реальным авторитетом (чего обычно нет у сегодняшних лидеров, раздутых политтехнологами и СМИ).
  18. Учиться будут у того, кого сначала признают выше себя. Это признание можно снискать властью, деньгами, бумажками, силой. Сначала должны уважать тебя — потом будут уважать твое мнение. Его большинство не поймет — но примет к сведению и усвоит, будет повторять. Нерассуждающий попугайский конформизм массы — необходимое условие существования социума.
  19. Чтобы утвердить свою истину, надо поставить себя над толпой.

. . . .

(Заметки на полях:)

  1. Сообразительность — лишь часть ума, род ума, но не адекватна уму. Ум — составляющая значимости, одно из условий значимости, но не адекватен общей значимости. Если сообразительность расходится со значимостью — тем хуже для сообразительности. Род ума, презираемого властью и толпой, — именно сообразительность, не замахивающаяся прямо на переструктуризацию социума: ум, направленный на достижение власти и влияние в обществе, всегда всем понятен.
  2. Под «гением» мы подразумеваем обычно не Наполеона, а ученого или художника. Непризнанность гения — один из вечных исторических сюжетов. Дело здесь не в тупости толпы. Не в зависти бездарных, не в злобе лояльных. Но в социальном великом инстинкте, который сотни тысяч и миллионы лет назад собрал наших предков в группы, спаял воедино и позволил победить и выжить.
  3. Даже умные, образованные и талантливые люди, умственно держащиеся в общепринятых, традиционных рамках науки и искусства, сначала чаще всего яростно отрицают гения. Ум здесь не при чем. Это чистая социопсихология. В отрицании нового гения являет себя консервативное начало социума: стремление социума к самосохранению.
  4. Стремясь к знакам социального признания и значимости — гений объективно стремится к утверждению своей истины. Золотой венок, премия, орден, — это социальный код значимости гения и его творений. Бедность, скромность, отдаленность от власти — для толпы означают глупость и несостоятельность гения. Дурак в регалиях и гений в безвестности для толпы принципиально невозможны.
  5. Внедрить и утвердить новое — значит преодолеть инерцию и сопротивление среды. Это сделает сильный, но не сможет слабый. Гениальность требует силы.
  6. Гений — это гениальность плюс характер.

 

Михаил Веллер, «Человек в системе»



Ссылка на статью: https://xn--80ahcnbt9b7a1f.xn--p1ai/7538

Добавить комментарий
Реклама удаляется мгновенно, не старайтесь.