Для начала вспомним, что все люди животные, а дети особо близки к этому состоянию. По этому у детей все очень четко и логично. Каждый поступок имеет очень четкое объяснение. Каждый «каприз» ребенка — это реакция на то, что он должен сделать нечто против своей воли.
Например, сын не хочет поцеловать утром своего папу. Он капризничает? Нет! Причина проста — папа небрит и колючий, целовать его не приятно. Заставьте его целовать — и он получит неприятные ощущения, после чего будет остерегаться целовать мужчин.
Как любую программу следует тестировать, так и родители тестируют своих детей...
Рассмотрим эту ситуацию с точки зрения родителей:
- Родители Даши
Петя поступил плохо: он подошел к играющим детям и увел Машу с собой, оставив Дашу в одиночестве;
Маша поступила еще хуже: она предательница, дружбу которой можно легко купить красивой игрушкой; - Родители Маши
Петя поступил хорошо: он поделился новой игрушкой, он добрый мальчик;
Даша поступила плохо: она демонстративно осталась сидеть в песочнице, а не пошла играть в мячик со всеми; - Родители Пети
Маша — хорошая девочка, она очень контактна и дружелюбна, пошла играть в мяч;
Даша — хорошая девочка, она с характером и будет делать то, что ей нравится — она не пошла играть в мяч;
Рассмотрим эту ситуацию с точки зрения детей:
- Петя
Мне Маша нравится, она очень симпатичная;
Даша мне нравится меньше; - Маша
Петя может скоро уйти домой — надо успеть поиграть в мяч;
Песочница никуда не уйдет, лепить куличи можно и потом; - Даша
Я хочу, чтоб Петя играл со мной
Мне скучно без Маши
Таким образом, когда родители спрашивают ребенка, который случайно разбил вазу: — «Вот как ты сейчас поступил, негодник?» — они на самом деле проверяют, насколько мозг ребенка исполняет заложенную в них программу. Ведь это они программировали ребенка собственными понятиями о добре и зле, причем исходя из личной выгоды.
Например. Если сын разлил воду — это плохо. Почему? Потому что маме придется ее вытирать, а ей это не выгодно. Или вот, дочка нарисовала своего папу. Это хорошо. Почему? Потому что папа может похвастать перед друзьями — дочка его любит и классно рисует.
На самом–то деле, сын разлил воду, потому что хотел с ней поиграть. А дочка собиралась рисовать маму, но случайно капнула краской — пришлось дорисовывать усы. Ну а какая же мама с усами? Это папа.
Вернемся к нашему негоднику, разбившему вазу. Родители ожидают, что из программа сработает в голове ребенка и выдаст ответ: «Плохо». Тогда можно будет повысить приоритет этой программы, сказав: больше так не делай! А еще можно закрепить ее при помощи наказания.
Но что будет, если ребенок проявит свою волю, а не волю родителей? Он скажет: я случайно. Дальнейшее развитие событий зависит от того, сколько человеческого осталось в родителях. Например, бесчеловечные родители скажут: не ври, ты нарочно, и будешь наказан за обман!
Человечные родители скажут совсем иное, оперируя категориями ребенка, например: ах, сынок, ведь эта ваза так нравилась твоей маме и она теперь очень расстроится, когда придет домой, так что подумай что ей сказать, чтоб утешить.
И тут мы сталкиваемся с очень простым правилом. Чем больше родители поступают бесчеловечней со своим ребенком, тем более бесчеловечно будет поступать он со своими. И наоборот.
Кстати, один из самых бесчеловечных поступков — это родить ребенка, с целью того, чтоб он тебе подал в старости напиться, когда умирать будешь.
